РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВpudakov_
Маниакальный уличный подонок
09-04-2026 : ред. Евгений Паламарчук
вместо эпиграфа:
многое пережил. как бы хуёво не было – не надо убивать себя.
серая многоэтажка, в которой я родился и вырос. я под капюшоном моей старой куртки. смотрю на окна десятого этажа. и вообще, дождь, и десятый этаж преследуют меня всю мою жизнь.
когда мне было лет шесть
я плевал в печенье отцу
за то что
он пил
он не ругался с мамой
а просто пил
потом ложился на диван
и начинал рычать словно
зверь
я благодарил его за это
ведь именно тогда я впервые побывал в зоопарке
пусть и в его зоопарке
где узнал как рычат львы тигры волки и
прочие люди
прошло семь лет. я снова в этой многоэтажке. моя комната осталась прежней. только светло-голубые обои были заменены на тёмно-голубые, и вместо старого розового, обклеенного наклейками дивана, появилась новая тахта в синюю клетку.
сейчас племянник придёт
и всё прекратится
мои пальцы перестанут стучать по клавиатуре
и возьмутся за ручку
и новый блокнот
в котором я ничего не напишу
отвык от такой формы письма
он останется чистым
может быть чистый лист бумаги это самое чистое что есть в этом мире
племянник сядет за компьютер
будет играть в бесполезную онлайн-игру
я услышу от него столько новых но
бесполезных для меня слов
он услышит от меня столько старых но
бесполезных слов для него
затем мы сядем вместе ужинать
я буду есть картофельное пюре с жареной куриной ножкой
он будет есть картофельное пюре с жареными наггетсами
я буду запивать всё это холодным пивом
он будет запивать всё это холодным апельсиновым соком
поздно вечером я буду смотреть кино про какого-нибудь горе-музыканта на своём телефоне
племянник будет сидеть за компьютером
закинув ноги на стол и
играть в бесполезную онлайн-игру
я в это время буду отрыгивать апельсиновый сок
он желчь
семь лет в Питере… я уже почти спившийся алкаш. у меня почти нет передних зубов. из материальных ценностей – виниловый проигрыватель, дюжина пластинок, три книги Хемингуэя, одна Дэвида Фостера Уоллеса, и половина Артюра Рембо (вырвал страницы в похмелье). завтра похороны.
одни рождаясь думают о суициде
другие умирая думают
о жизни
я бы хотел чтобы каждая история была со счастливым концом
но тогда это будет не правда
мой школьный друг
сирота
мужчина за тридцать снёс себе пол башки охотничьим ружьём
он только женился
его жене и её матери пришлось соскребать остатки его мозгов
с серой бетонной стены его гаража
куда он прятался по вечерам
какая поэзия
когда только смерть
его нашли три дня назад
почему-то без носков
хотя сейчас конец ноября
на его жёлтых ступнях было много глубоких порезов
будто он ходил по битым стёклам
вместо лица – крышка гроба
я снова напился
на этот раз
под Михаила Круга
и сборную солянку российской попсы
только Бузовой не хватало на поминках
я долго смотрел в глаза матери его жены
затем в её глаза
в них злился вечный женский вопрос о том кто будет платить за их несчастье
я ускользнул из ресторана где поминали друга
ускользнул как ветер
не сказав ни секунды прощай
иду по узкой дороге
на такой человек едва поместится
к многоэтажке родителей
всю мою жизнь меня преследуют страдания
жаль что родители меня не преследуют
иду
мимо кладбища
каркают не вороны а сердце в моей груди
ему бы клюв
чтобы склёвывать хлебные крошки утраты
подкашиваются ноги
всё время идёт дождь
дожди – пистолеты блядь
тут бы ядерную бомбу
чтобы разорвало нахер всё
стою под козырьком подъезда
двое ментов тащат щуплого мужика под руки
он сипло кричит
(здесь недолгая пауза)
курю
поздний вечер
самый поздний который только может быть в моей жизни
и мне хочется что-нибудь добавить к этому тексту
но мой друг разнёсший себе пол башки из охотничьего ружья
сказал абсолютно всё
пропустил важное – родители холодно меня встретили: «твоя комната готова, ужин на плите, иди отдыхай». это возможная концовка этого произведения, если бы я был другим, только если бы я был другим, я бы просто был, а не не был (не заебали такие сентенции)
а это происходило за неделю до похорон друга:
как можно не любить Depeche mode?
она первая девушка в моей жизни не любившая эту группу
после её нытья по этому поводу
я выключил один из их ранних концертов на Ютубе
и вышел на балкон
снова десятый этаж
я обиделся не на то, что она не любила эту группу
это было бы глупо
я обиделся тому как она отвечала на мой поцелуй
словно мой поцелуй стакан молока
которое она тоже не любила
я дышал октябрьским воздухом, стоя на балконе и смотрел вверх на резиновую луну
её бы натянуть на член
вместо презерватива
только куда потом вставить?
я знал тогда, что утром я буду ехать в метро один
(к слову, ставлю запятые, когда действительного этого хочу)
и шарахаться от щчасця других людей
а вечером буду пить пиво
в этом стихотворении только слова – лирический герой
взятая на прокат на полгода опухшая от старости однокомнатная квартира на Ленинском проспекте в Питере, семь пустых бутылок из-под вина, семнадцать из-под пива, и одна почти выпитая бутылка водки. крендельки колбасы и хлеба, огурчик на полу; на виниле Wolf Alice их первый альбом «My Lover Is Cool»
а это за две недели до похорон друга:
в голове у меня было одно – опохмелиться
и выебать кого-нибудь
soapy water «текла»
из винилового проигрывателя
здесь: не хочу чтобы цитировали,
поэтому пусто
я днями бухал, слушал музыку, иногда ел и часто писал стихи
потом корчился и искал среди пустых бутылок мелочь
чтобы насобирать хотя бы на чекушку
мне казалось, что моё тело состоит из одних больных зубов
а душа бога из дьявола
я вышел из квартиры и направился в сторону Пятёрочки
чтобы стрельнуть у кого-нибудь денег
несомненно, было ещё утро
все призраки на лицо
бешеные глаза людей
спешащих к метро
дикий гул авто
свои деньги я пропил
а родители ещё не выслали к тому моменту
это почти всё что нас связывает
шла девушка, очень похожая на певицу Grimes
обожаю её песни
но выебал бы её подругу HANA (у)
простоял у магазина примерно полчаса
укутавшись в старое пальто
лило как из пизды
но не с неба
а из моих глаз и носа
лишь какой-то мужик дал мне пятьдесят рублей
на его подбородок можно было повесить несколько осенних курток
зайдя в магазин я
взял из холодильника
банку самого дешёвого пива
и направился в сторону стеллажей с водкой
не обращая внимания на людей, засунул в карман своей чёрной кофты с капюшоном
липко сидевшей на мне под пальто
две чекушки с водкой и направился в сторону кассы
я впервые в своей жизни что-то украл
от страха и похмелья трясло как в вагоне поезда
расплатившись за пиво, я вышел из магазина и завернул за него
прошёл во дворы
сел на скамейку
дрожавшими руками открыл чекушку с водкой, а затем пиво
я пил водку запивая её холодным пивом
смотрел на кошек и воробьёв
мне бы повеситься
только не на что
в кармане пальто лежал телефон, но я уже не мог слушать музыку по-другому – только винил я сам себя за то что, трачу свой возможный талант на скамейки и алкоголь. я кое-как добрёл до съёмной квартиры
как какой-нибудь Уоллес Стивенс
пытаться писать о звёздах что заменяют знаки препинания
я не не могу а не хочу
у меня другая мысль
я другая мысль
я пытаюсь всё превратить в дерьмо
но не всегда удаётся
даже руки любой девушки сжимающие член
иногда кажутся мне чем-то прекрасным
хотя я не хочу этого
не хочу прекрасного
я другая мысль
ещё раз повторюсь
мне бы повеситься
только не на что
я не люблю ждать, а ждать не любит меня
не хочется смеяться всё песок
в томатной кильке прячется залив
и водка в белой чашке как заплыв
туда, где ты печально - одинок
мираж на мираже
не в этом суть
на чашечке резиной чёрный хлеб
и солнце мне стреляет прямо в грудь
в окно, в котором будущего
нет
1059030824
даже дату здесь оставлю
меняю пластинку на виниле: «My Love Is Cool» засовываю в конверт. ставлю пластинку Nirvanы «In Bleach». почти опьянел, но мне естественно мало. поднимаю огурец с липкого пола, кладу его на стол, бросаю в рот кренделёк копчённой колбасы
из мусорной корзины
торчащее тёмное горлышко винной бутылки
(моё дерево разочарования к тебе)
в скобках красивее
вспоминаю
корявый берег окна
в нём июльское солнце
кислая ягода облепихи
мне кажется, что я ослеп
сердцем
вспоминаю
сколько можно вставлять алкоголь в свои тексты?
ты спросила это, глядя на меня из-под простыни
столько сколько
места в стихах
ответил я
все нормальные девушки не заняты
все нормальные девушки одни
мужчины тоже
все нормальные девушки не заняты
все нормальные девушки одни
мужчины тоже
началась паника. ближе к вечеру перед этим удалось немного поспать. выбежал на улицу в пальто, накинутое на белую майку
ну его нахуй
упал. разодрал правую коленку на своих светло-голубых джинсах. солнце почти спряталось.
когда не прекрасна поэзия
прекрасна проза
когда не прекрасна проза
прекрасна поэзия
когда не прекрасна и поэзия и проза
прекрасна жизнь
открывая портвейн
ещё со времён
Бориса Гребенщикова
делая два размашистых глотка
прямо на людях
хочется, чтобы было счастливое странным
в этом есть что-то не то
такое я мог писать только тогда, когда знал, что скоро выпью или, когда уже был под хмельком
снова стрельнул денег у Пятёрочки, причём быстро, причём двести рублей одной купюрой. мне не стыдно иметь хороший виниловый проигрыватель, талант, и быть без денег при этом мне стыдно другое:
так и понимайте это
к слову, виниловый проигрыватель я сам себе купил
да, я когда-то работал, как люди
купил бутылку водки. блеванул в урну у магазина. простите за грязь в тексте. я искренне прошу прощения.
тебе нужно трахать не девушек
а тёток
чтобы груди у них как тыквы
и глаза как тыквы
и жопы как тыквы
и слова как тыквы
и на ужин тыквы
такие, как правило уже не влюбляются
соответственно, ты им не испортишь жизнь
слова алкаша, с которым мы пили водку в тот ноябрьский вечер на скамейке
к слову, с другим алкашом не так холодно
съёмная квартира холодна как руки моей мамы
на коленях «Уцелевший»
Чака Паланика
терпеть его не могу
но он нужен в этом тексте, как и вообще, в жизни
нужен для того, чтобы радовать нас своим дерьмом
номера страниц в этой книге идут в обратном порядке
так и в жизни
мне тридцать пять
в следующем году будет тридцать четыре
а если постараться, то на следующий день
и как бы не заебал этот дождь за окном
но это действительно так –
дождь за окном
когда-нибудь я куплю себе две астры или две розы
и положу их рядом с собой
сам себе
вдыхая аромат
следующей
жизни
это было перед самым отъездом на похороны друга
завёрнутый в трубку старый плакат с Depeche Mode, который сохранили родители. разворачиваю его. на нём молодые ребята в кожаных куртках. как бы я хотел, чтобы моя внешность и голос были, как у Дейва Гаана, а то моими «внешностями» и голосом только деньги стрелять.
отключили свет
отец позвонил с мобильника
куда-то на станцию
сказали света не будет весь вечер
остаётся маяться
этим ноябрьским вечером
самым поздним который только может быть в моей жизни
после похорон друга
или лечь на тахту, заложив руки за голову
и сдаться
тьме
предложил отцу выжрать бутылку вина
стоявшую под светом луны на полу под шторой у окна в комнате у родителей
мой язык заплетался как это предложение что сверху
отец
не согласился
тогда я просто схватил эту бутылку и заперся в своей комнате
отец не сопротивлялся
вино и подавно
племянник жадно сопит на соседней тахте
глубокая ночь
медленно пью вино
экономлю
чтобы растянуть до утра
такие состояния бесценны
когда хочется жить
видимо меня так и не разбудила молодая кондукторша из Узбекистана
«ты ебанутая скотина»
сказал мне продавец в табачной лавке
когда я проблевался
прямо на прилавок
находиться в запое это, как собирать на себя трупных мух
и отвращение людей
что страшнее, не знаю
я извинился перед продавцом
кинул деньги на облёванный прилавок
забрал две пачки самых жёлтых сигарет
от них пальцы что солнце
и выбежал из табачной лавки
бежал до первого троллейбуса
забежал в него
сел у окна
уснул прямо до конечной
во сне
смотрел на луну
поэты снова проиграли войну?
придумал эту строку, глядя на другую строку, что на большом баннере в окне
видимо меня так и не разбудила молодая кондукторша из Узбекистана
потому что
ночью я пил у неё вино
вместе с её многочисленными родственниками
и улыбался во все двадцать четыре строчки (что сверху) этого текста
и вообще весь этот текст сон
это было за день до моего отъезда на похороны
скажу правду, мне плевать на временные моменты в моих текстах
так проще писать
я много раз лежал в наркологических больницах
меня капали, кололи, оскорбляли, привязывали, кормили больничной хавкой
бывало
ничего не делали, пока я не начинал кричать
по вечерам
я с завистью смотрел на передачки, которые привозили другим алкашам
их близкие
на
сигареты, чай, лапшу, печенье
на довольные опухшие рожи «богатых алкашей»
так я их называл
мне ничего не привозили
и не потому что у меня нет близких
у моих близких нет меня
ещё
я с завистью смотрел на то, в чём были одеты эти богатые алкаши
на их домашнюю одежду
я же ходил в больничной робе в клетку
на ней больше дырок и пятен чем самой одежды
были такие как я
те у кого кроме больничной робы
и больничной хавки
ничего не было
мы не держались вместе
разве что наши глаза совпадали в одной точке
точке зависти к «богатым алкашам»
когда я заходил в курилку чтобы покопаться в окурках
другой алкаш «в клетку»
вздрагивал и делал вид, что просто стоит у мусорной банки с окурками и смотрит в окно
притворяется, что видит луну
затем уходил
воняя окурками
я копался в том, что оставалось
продолжал делать наше общее дело
откапывать окурки от больничного счастья
когда меня выписывали
я снимал больничную робу как новое сердце
надевал свою грязную одежду как старое сердце
выходил прямо на остановку
садился на скамейку
и смотрел
на трамваи
«маниакальный уличный подонок
ты ты
что
маниакальный уличный подонок
ты ты
что»
в такие минуты мне казалось, что им ещё хуже, чем мне
людям в трамваях
я сидел на остановке до тех пор, пока такой же алкаш ,как я
в своей грязной одежде
не начинал шуметь
и отвлекать людей от меня
и люди не начинали отвлекать его от меня
«маниакальный уличный подонок
ты ты
что
маниакальный уличный подонок
ты ты
что»
слова алкаша в тот день, когда меня в последний раз выписали из наркушки
слова самому себе
он был чем-то похож на Михаила Ефремова
(вот блядь, зуб даю, похож)
я сейчас просто описываю внешность
я тихонько поднимался
и уходил прочь
делая вид что все люди
видят луну
это будет спустя неделю после того, как я вернусь в Питер
а пока… прошло семь лет. я снова в этой многоэтажке. моя комната осталась прежней, только светло-голубые обои были заменены на тёмно-голубые, и вместо старого розового обклеенного наклейками дивана, стоит новая тахта в синюю клетку. и мне бы повеситься, но не не на что, а не зачем. и как бы тяжело не было,
если не долететь, то добежать
если не добежать, то дойти
если не дойти, то доползти
если не доползти, то додышать
если не до жизни, то хотя бы до смерти
маниакальный уличный подонок
ты ты
что
это я уже сам себе
бурчу
и это уже сегодня
только сегодня
сейчас
в эту самую секунду
в этот миг
а завтра будет завтра
12.2024.11.2025
b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h